Полная дикость: зачем владельцы успешных компаний на отдыхе таскают рюкзаки и спят в палатках

TravelWeekly, 24.06.2016

Пороги для развитияНа центральной площади Мастерславля возле Клуба туриста лежат две байдарки, привезенные владельцем этого детского мини-города. Виталий Сурвилло соучредитель группы компаний Эспро, построившей 12 офисно-складских и логистических комплексов в Москве ирегионах и три индустриальных парка. Мастер-славль его личный проект, на который потрачено $18 млн, включая долгосрочную аренду 6000 кв. м в Москва-Сити. Клуб туриста здесь создали не только потому, что в Мастерславле дети приобретают навыки, полезные для жизни и выбора профессии. Глава совета директоров Эспро ивице-президент Деловой России походник с 40-летним стажем сплавов по рекам от Карелии до Камчатки.Вертолет забросил нас к верховью Нижней Тунгуски и должен был ждать там, где мы рассчитывали завершить сплав. Но мы сильно опаздывали. Был август, но пошел снег, и вода начала подмерзать. Мы боялись, что вертолет нас не найдет. Потом уже пилот рассказал, что он решил: вот за этот поворот реки зайду, посмотрю, а потом поверну обратно. И за поворотом увидел нас. Амы уже думали об экономии продуктов итак далее. Понятно, что нас стали бы искать, но это должно было занять какое-то времяФотогалереиНедвижимость на миллион: зарубежные особняки российских миллиардеровБогатые и знаменитые: миллиардеры и их звездные подругиДивный новый мир: в какие проекты будущего инвестируют миллиардерыВсе фотогалереиМного о чем можно вспомнить. Нужно было пройти сложный порог. Я высадил напарника из байдарки на берег и пошел один. После третьей ступени оказался в воде, на секунду потерял сознание, очнулся чувствую, голова в шлеме бьется по камням. Года два назад мы сплавлялись по довольно простой речке, неудачно проходили между сваями моста, и байдарка разломилась. Но вообще-то, если не считать форс-мажора, опасность на воде возникает, когда ты неосмотрителен или беспечен привык, что все идет хорошо, и расслабился.Сплавы это самоочищение. У меня не раз было, что я уезжал из Москвы счетким ощущением, будто какой-то человек или компания строят нам козни. Приезжал и на все смотрел уже другими глазами, избавлялся от паранойи, принимал верные решения. Для большинства людей в бизнесе рано или поздно наступает этап, когда нужно отряхиваться от всего, что налипает в этой жизни. Кто-то находит выход, занимаясь живописью или музыкой, но чаще всего выбирают активные занятия, экзотические или простые виды спорта. Якатаюсь на горных лыжах, люблю кайтсерфинг, но всему предпочитаю сплавы.Впервые я испытал это удивительное чувство самоочищения, будучи школьником. Отец, профессор Института мировой экономики АН СССР, взял меня вбайдарочный поход. Река Сылва на Среднем Урале она несложная иочень красивая, сплав мы закончили узнаменитой Кунгурской пещеры. Мне понравилось все: вид с реки это совсем другой взгляд на мир, чем когда ходишь по земле; жизнь в автономии спалатками и кострами гораздо интереснее, чем под городской крышей; люди в походе и безумно увлекательные разговоры. Замкнуться в себе невозможно, ты неизбежно будешь что-то брать на себя, стараться, помогать и вместе с этим чему-то учиться, как-то меняться.Поступив в МГИМО, я уже сам организовывал походы с друзьями. Мы тренировались на таких ближних категорийных речках, как Мста, а потом уезжали на Урал, на Таймыр сплоченной, подготовленной командой. Я понимал, что, когда окончу институт, никак не смогу сплавляться три-четыре раза вгод. Но у меня всегда есть мой отпуск, я вернусь из командировки и оторвусь. Так было и когда я получил назначение референтом посольства СССР в Кувейте, и когда служил первым секретарем посольства в Ливии.В 1992 году я ушел из МИДа, занялся бизнесом. Моя первая (с партнерами) компания ПроСервис консультировала иностранных инвесторов, затем мы создали ЗАО Эспро прямые инвестиции в недвижимость России и Грузии. Эспро как девелоперская группа компаний оформилась в конце 1990-х, первый в Москве офисно-складской комплекс класса А мы достроили в 2000 году. За все это время, кажется, был только один год, когда я не пошел в поход.Начинали мы с коллегами по бизнесу с реки Койва в Пермском крае. Дико не повезло: вода оказалась низкая, и постоянно приходилось перетаскивать байдарки. Но все были воодушевлены, всех зацепило, и с тех пор мы ходим почти одной и той же компанией человек восемь-десять. Недели на две-три, на байдарках или рафтах.Сплавлялись и в Карелии, и на Камчатке. Урал, Алтай, Восточная Сибирь. Крайний Север на Таймыре было два похода. Разумеется, Кавказ. Там особенно запомнилась Мтквари, или Кура, как ее больше знают. Пошли неразумно на байдарках, а не рафтах. Решили, что нам море по колено, и поломались на порогах. Но все равно было очень здорово. В прошлом году были на Сия-Не Синей речке, притоке Лены. Все говорят о Ленских столбах, мы потом мимо них проплыли, но они ни в какое сравнение не идут со скалами на Сия-Не. Река, можно сказать, простая, но безумно красивая. Красота и безмолвие непередаваемые впечатления!Своих байдарок у меня более десяти. Я люблю испытывать разные конструкции: от российских байдарок перешел кпольским, немецким, французским, американским. Купить американскую байдарку Long Haul не так просто она почти продукт двойного назначения. Требовалось доказать продавцу, что я не собираюсь ее использовать в военных целях. Я посылал свою автобиографию, фотографии со сплавов, расписку, что буду пользоваться байдаркой исключительно для туризма. Байдарка, кстати, оказалась дико тяжелой и не самой маневренной. Немецкие Klepper и французские Nautiraid мне нравятся больше всего сделаны с умом, легко собираются и разбираются.Российские сборно-каркасные байдарки по-прежнему уступают западным, зато стоят копейки и не нужен сертификат производителя для их регистрации. Да-да, до 2012 года байдарки и катамараны необходимо было регистрировать вГИМС и путешествовать с кучей документов и обязательным снаряжением (якорем, например). Никто этого, правда, не соблюдал, но на каких-то прогулочных речках байдарочников иной раз подстерегали инспекторы ГИМС.Когда мы собираемся на сплав, я выбираю одну из любимых байдарок, остальные, если нужно, распределяются между участниками похода. Помудрение и самоочищение за две недели на воде по-прежнему продолжается. Когда ты жутко устал, когда опускаются руки, садишься вбайдарку и погружаешься в блаженство жизни без мобильной связи и компьютеров. Конечно, в разговорах у костра мы иногда говорим о делах, что-то обсуждаем. Бывает, неожиданно находятся решения например, по системе учета рабочего времени или управления складским пространством. Но это как следствие успокоения и единения с природой.С некоторых пор для организации сложных походов мы нанимаем агентство, которое намечает маршрут, рассчитывает, сколько купить продуктов, дает сопровождающих. Вопрос, который я неизменно задаю, плотность населенных пунктов на маршруте. Дело не в безопасности, хотя она, конечно, важна. Мы предпочитаем дикие места в лучшем смысле слова.Перезагрузказа 100 часовГендиректор и основной акционер CUSTIS Владимир Рахтеенко может позволить себе пятизвездный круиз или отдых на тропических островах. Выручка его компании, разрабатывающей и внедряющей сложные учетно-аналитические системы, в 2015 году составила 1млрд рублей (среди клиентов CUSTIS центральный аппарат Банка России, Департамент образования Москвы, Газпромбанк, сеть Спорт-мастер). Рахтеенко говорит, что был на Мальдивах красиво, но не цепляет. Его предпочтения пешие походы по горам Полярного Урала, Южной Сибири, Забайкалья, Якутии, Хабаровского края.Мне говорили, что на Алтае есть маршруты, где мало народа. Ничего подобного: и егерей мы постоянно встречали, итуристов, а на ключевых озерах вообще чуть ли не проходной двор. Алтай замечателен, но второй раз мы туда не пойдем. Хибины тоже не для нас: достаточно населенные места. Наша группа небольшая четыре-шесть человек, все проверенные друзья, и для нас важна полная автономность. Это значит, что ближайший населенный пункт может быть на 100 км в стороне от маршрута.Мое увлечение походами началось сбайдарок. Родители взяли меня на сплав, когда я закончил первый класс. Яходил на байдарках, будучи студентом, аспирантом, предпринимателем. Но в 2000 году решил, что насчет сплавов мне по большому счету все понятно, ничего особо нового для себя уже не открою, ирешил перейти на трекинг. Причем по самым диким местам и без проводников, только с близкими людьми. Моя жизнь публична: пять-шесть совещаний в день, масса внешних контактов. Хотелось полностью отключиться от активного общения, от цивилизации.Первый пеший поход состоялся по южному Прибайкалью хребту Хамар-Дабан. Подготовились мы плохо: тащили рюкзаки по 50 кг и после всех перепадов высот (до 4000 м) к концу маршрута едва переставляли ноги. Но отвращения не возникло. Трекинг, наверное, можно назвать активной медитацией. Шажок за шажком, вперед и вверх. Если за час проходите 2,5 км, считайте это очень хорошая местность. Случалось, в Сибири мы продвигались на 400 м за час, и это было успехом. Вот так неспешно приближаешься к перевалу, а потом оборачиваешься, смотришь на пройденное сверху вниз и от восторга чуть ли не перехватывает дыхание.Если для меня походы вторая жизнь, то есть люди, для которых она первая. По сути, это наши заочные проводники. По результатам своих походов они публикуют в интернете отчеты сGPS-треками, таймингом, фотографиями ключевых точек маршрута. На местах есть энтузиасты, которые могут начертить маршрут и разъяснить все, что нужно. Да, бывает, что по таким картам заходишь не туда, попадаешь в опасную ситуацию, но желания путешествовать это не отбивает. Вообще все беды в походе из-за недооценки степени усталости. Умение вовремя остановиться очень важно. Иногда это не разум, акакое-то животное чувство. Кстати, вбизнесе оно тоже помогает.Путь в глуши меряют не километрами, а часами. Средний поход длится около 100 часов. У нас есть правило: четыре дня идем, день отдыхаем. Так за три недели (обычно это конец июля начало августа) проходим примерно 200км. У мужчин рюкзаки под 40 кг, уженщин 1416 кг. Ключевые опасности на маршруте это не дикие звери. За все время медведей мы встречали раз пятнадцать, но так, чтобы было опасно лишь дважды. Помню, однажды медведица с двумя медвежатами на нас побежала было жутко. Но осыпи на перевалах куда опаснее.Шли мы по Южно-Муйскому хребту. Это восточная часть Бурятии, абсолютно дикий район. Простраивая маршрут, мы обманулись с классификацией одного перевала. А там оказалась крупноблочная осыпь: по весне камни льдом распирает, а к лету они оседают как попало, исклон становится очень нестабильным. Да еще уклон до 50 градусов. Я вычислил траекторию, по которой можно хоть с изрядным риском, но залезть. Имы полезли. Я шел последним. На последнем отрезке решил подтянуться на булыгане размером со шкаф. И тут он подался. Игребень, на котором уже сидели ребята, вдруг осел с каким-то утробным звуком. Камень съехал немного и встал. Уменя в тот момент волосы за загривке буквально зашевелились.Вода тоже непредсказуемое препятствие. Сегодня вы горный ручей перейдете не глядя, а завтра, после дождя никаких шансов, надо навесную переправу делать. Был случай, когда мы недооценили воду и нас смыло. Пошли вброд течение вроде ровное, не особо сильное. Не успели спохватиться, как вода нас подняла и понесла Есть еще кедровый стланик, через который надо продираться. Болота с кочкарником и карликовыми кустами сверху все кажется устойчивым, а внизу может быть что угодно. Мы стараемся не ходить по болотам, но иногда метров сто по такому участку надо пройти, и это может затянуться на час.Как-то в поход попросился мой друг, жаловавшийся, что совсем дошел до ручки с офисной жизнью.Из Якутии он вернулся похудевшим на 30 кг. Говорил потом: никакие медицинские процедуры за три недели ему такого оздоровления не дали бы. В походе организм, так сказать, меняет фазовые состояния. Что-то внутри щелкает, и все бытовые неудобства, такие раздражающие в городе мокро, холодно, начинают игнорироваться. Для меня это единственный отдых, позволяющий перестать думать о работе. Организм уже через полдня понимает, что все шутки кончились, надо выживать и всю ерунду, которая что-то значила в городе, нужно выкинуть из головы.Первая наша попытка выехать за границу в поисках дичи провалилась. Мы пробовали пройти маршрут в Непале очень красиво, но встречаешь 300500 человек в день. А вот что такое Сибирь! Мы ходили по Восточному Саяну: заехали на восточный берег Байкала в поселок Курумкан и дальше двести с лишним километров шли на север к Новому Уояну на БАМе. За весь путь мы видели только один след человека, да и то старый пенек, сточенный под ворот. Больше ничего ни кострищ, ни шалашей.Конечно, и в глуши встречаются бродяги. Когда мы были на Удокане, местные нас предупреждали: осторожнее счерными золотоискателями. Они должны убедиться, что вы ничего не ищете. Вопрос не в том, что это дело уголовно наказуемо. Есть правило, которое не изменилось с позапрошлого века: если два золотоискателя сошлись на тропе, дальше пойдет один. Пересечься сзолотоискателями нам не довелось, ислава богу. А так со всеми нежданными встречными в горной тайге мы расходились мирно, спокойно опыт переговоров у нас все-таки богатый.Горный поход это предприятие, где деньгами ничего не решишь. Я могу купить лучшую экипировку: моя палатка стоит $1200, рюкзак и ботинки вместе около $1000. Но в группе может быть человек, у которого все втрое дешевле, иэто ни на что не влияет. Главное, чтобы был верный настрой. Готовность принимать на себя риски, которые не можешь до конца просчитать. Если попал в опасную ситуацию сохраняй голову холодной. В походах мозг буквально пересобирается. Ты начинаешь думать сдругой скоростью и креативностью, твоя кооперативность и коммуникабельность выходят на иной уровень. Нато, что там происходит, можно потом опираться и вжизни, и в бизнесе.Источник:forbes.ru

Источник

Материалы по теме