Спасти Серебрянку. Умирание малых городов как политический вопрос

TravelWeekly, 23.01.2017

Стандартный провинциальный анекдот: в декабре на пресс-конференции Владимира Путина уральский журналист Максим Румянцевпожаловалсяна жизнь в поселке Серебрянка Свердловской области формально поселок входит в состав Нижнего Тагила, но на самом деле между Серебрянкой и городом фактически нет дороги, и серебрянские пенсионеры даже не могут доехать до города, чтобы получить пенсию. При мне старики получали продукты в долг: деньги в Тагиле, село от Тагила в 70 километрах, доехать туда было невозможно, говорил журналист. Пообещали дорогу построить в 2018 году, а все это время людям как жить?Путин ответил, что обратит внимание губернатора на эту ситуацию, а он, надеюсь, отреагирует; и действительно, сразу после новогодних праздников в Серебрянкуприехалсвердловский губернатор Евгений Куйвашев, который пообещал засыпать щебнем разрушенную временем и непогодой гравийную дорогу, но не всю, а только самые непроходимые ее участки, поскольку ремонт всей дороги (около 60 км) будет стоить столько же, сколько весь областной бюджет ремонта дорог 1,5 млрд рублей.Тратиться в полном объеме губернатор не видит смысла в Серебрянке живет всего 600 человек, по дороге ездит не более трехсот автомобилей в сутки, и местная пресса дажеподсчитала, что гораздо дешевле будет просто перевезти все серебрянское население в Нижний Тагил, купив для него готовые квартиры или даже построив новый отдельный поселок. До такого, очевидно, не дойдет тагильские власти говорят, что планов переселения Серебрянки у них нет, в конце концов дорога, хоть и труднопроходимая, там все-таки есть, а в регионе и без того хватает мест, куда весной и осенью возят почту и еду вертолетами, всех не переселишь.Серебрянка, как и сотни других уральских поселков и городков, основана в XVIII веке как горный завод скучное наследие первой русской индустриализации, интересное сегодня только краеведам, первый среди которых писатель Алексей Иванов, написавший о горнозаводской цивилизации несколько книг и снявший с Леонидом Парфеновым фильм Хребет России, грустное кино о зарастающих лесом ржавых обломках заводов и усадьбах заводчиков среди сногсшибательной красоты уральской природы. Даже не скажешь, что это материальное наследие обречено оно уже умерло, и если Серебрянку не расселят, она все равно прекратит свое существование самым естественным образом в течение нескольких десятилетий. И Куйвашев прав, что не хочет асфальтировать дорогу в никому не нужный поселок, чтобы и эта дорога лет через двадцать оказалась ведущей в никуда. Россия слишком огромна, и логика ее развития слишком безжалостна умирают бывшие индустриальные города и поселки старого Урала, но не только они свою Серебрянку, и не одну, можно найти и в средней полосе, и на севере европейской части России старые уездные города, в которых когда-то кипела жизнь, тихо разрушаются, их население деклассируется, будущего у них нет.Многопишутсейчас об умирании старинного и совсем не глухого Выборга, пережившего и шведов, и финнов, и советскую власть, но не выдерживающего особенностей нынешнего городского хозяйства и девелопмента. Новый калининградский губернатор, пока еще больше похожий на московского туриста,колеситпо области, осматривая полуразрушенные, фактически уже несуществующие бывшие немецкие города, просуществовавшие по 500700 лет и разбираемые на кирпич прямо сейчас, в реальном времени. Что-то наверняка можно было бы спасти, но каждый раз возникает цифра, подобная серебрянской, полтора миллиарда, два, три миллиарда на одну только дорогу, и любой здравомыслящий государственный человек покрутит пальцем у виска, нет, конечно, никто не станет тратиться на эти бессмысленные работы.Урбанисты, экономисты, социологи сформулируют эту бессмысленность подробнее и убедительнее: да, если город не нужен, то он не нужен такова железная логика регионального развития, ничего не поделаешь. Уже на наших глазах, при жизни нашего поколения Россия превращается в одну большую Мексику, дикое поле с непропорционально огромным столичным мегаполисом (и еще, с поправкой на нашу огромность, несколько миллионников попроще, размазанных по тысячам километров пустоты), на обустройство которого сил и денег у страны хватает, а на большее нет. Даже от Петербурга вполне ощутимо тянет тленом. Таково, видимо, будущее огромного народа тесниться в московских двадцатипятиэтажках, добираясь по пробкам или в переполненном метро к тем признакам цивилизации, которых никогда не будет ни в Серебрянке, ни в самом Нижнем Тагиле, относительно качественной медицине, школам, университетам, рабочим местам. Знак равенства между россиянином и москвичом когда-нибудь станет реальностью: чем больше Серебрянок будет списано в бесперспективность, тем больше жилых башен построят в Москве, новой Москве и какой-нибудь еще самой новой Москве жители самой большой страны мира, если они хотят жить по-человечески, вынуждены будут тесниться на небольшом пространстве между Волгой и Окой, это неизбежность.Вернее, так: о том, что умирание малых городов это неизбежность, вам скажет любой урбанист, и в этом и заключается подвох, потому что урбаниста об этом спрашивать не надо, и экономиста не надо, и архитектора, и даже лично Григория Ревзина тоже не надо спрашивать, неизбежность это или нет. Это не вопрос урбанистики и не вопрос экономики, это политический, идеологический вопрос, идущий через запятую не с темами дискуссий в институте Стрелка, а с темами выборов, судов, федерализма и прочих вещей, по поводу которых у нас принято митинговать или писать политические колонки. Нам какая страна нужна с огромной Москвой и пустотой вокруг? Любители рассуждать о геополитике, о будущем Дальнего Востока, о Китае, о Трампе, об Украине, о Сирии у вас есть ответ на этот вопрос? Любая тема, от Боярышника до забайкальского криминального молодежного движения АУЕ, упирается именно в это, в непрерывное сокращение пространства для человеческой жизни в России. Та же Серебрянка существовала 250 лет, это огромный срок по российским меркам, мы вообще не представляем себе, какой может быть жизнь без Серебрянки, мы просто не знаем другой жизни разве это не должно пугать?Любые разговоры о будущем страны, пускай и самые политизированные, лишены смысла, если нет конечной цели, образа той России, какой она должна быть. Если это пустыня с несколькими большими городами хорошо, давайте честно договоримся об этом и давайте жить исходя из этого представления, то есть чтобы человек и в Серебрянке, и в Выборге понимал, через сколько лет ему придется переселяться на восемнадцатый этаж нового дома в Новой Москве. Или, наоборот, чтобы он потерпел, пока строят дорогу, зато был уверен, что с дорогой в поселок придет жизнь, появятся предприятия, построят поликлинику и даже протянут железную дорогу и так далее. Оба варианта могут иметь смысл, но вместо них у нас, как в анекдоте, проклятая неопределенность.Это ведь даже не спишешь на невидимую руку рынка в нашем государственно-монополистическом капитализме эта рука очень даже видимая, она в одиночку управляет всей страной, расставляя губернаторов, отбирая у регионов деньги и возвращая их в виде дотаций. И какой бы твердой эта рука ни была, у нее не хватит физической возможности распоряжаться на пресс-конференциях по поводу каждой из тысячи Серебрянок. В фарсовом виде повторяется драма советского Госплана, который, по замыслу, должен был продумывать открытие каждого нового продмага и каждой новой парикмахерской в каждом райцентре, а в реальности не выдержал и обрушился под грузом этих продмагов и парикмахерских, утащив за собой всю страну. Сверхцентрализованная Россия со слишком государственной экономикой, слабой региональной властью и совсем формальным местным самоуправлением конечно, в ней будут умирать города, в которых самый богатый человек начальник ОВД, а крупнейший, если не монопольный работодатель бюджетная сфера. Такая страна действительно обречена, и спасти Серебрянку сможет не директивный ремонт дороги, а только масштабная смена всей политической системы.Источник:republic.ru

Источник

Материалы по теме