Многонациональная Москва

TravelWeekly, 03.07.2017

Представительницы разных национальностей рассказали, как им живется в столице России и как часто они слышат в свой адрес фразу: Понаехали тут!Вероника Пак (36), кореянка, директор коммуникационного агентстваVP AgencyЯнаполовину кореянка, наполовину русская, ноеще вмоих венах течет немного чешской крови. Родилась явУзбекистане, вмаленьком городе награнице сАфганистаномФергане.Гдебы вмире янинаходилась, явезде одновременно исвоя, ичужая. Для корейцев янесовсем своя, потому что больше русская, чем надо. Адля русских (вбольшей степени москвичей)янахожусь вкругечерножопии. Кавказские мужчины, судя повопросам, принимают меня заузбечку, казашку, якутку, бурятку, еврейку, чувашку. АвАзии (Гонконге, например) якитайская топ-модель (хе-хе-хе).Мне кажется, что бессознательный национализместественная черта любого народа без исключения. Это совершенно нормальнопытаться сохранить свою идентичность икультуру, которая часто состоит втом числе иизвитиеватых, нобессмысленных суеверий. Всем проще держать границу, если иметь какие-то ориентиры вэтом потоке хаотичных ипротиворечивых характеристик из Интернета ителевизора.Возможно, моя уже привычная настороженностьтоже иллюзия. Иясовсем невызываю ниукого никаких националистических порывов. Борюсь сэтой иллюзией уже 20с лишним лет, стех пор, как оказалась вМоскве. Нопочти каждый день яобъясняю окружающим природу своего появления насвет. Папакореец, мамарусская. Япродукт советской истории. Да, продукт непонятный. Иоднажды в90-еменя избили скинхеды недалеко отдома, потому что приняли зачеченку(тогда шла чеченская война).Ноэто лишь темная сторона жизни, которая есть укаждого жителя мегаполисатревога ибеззащитность вбесконечном шуме борьбы заблага илюбовь.Ялучше расскажу, что для меня значит быть кореянкой. Это очень классное состояние для девушки, словно утебя есть внутренний Джеки Чан (хотя он китаец. Прим. ред.).Янаблюдала засвоими мадами (тетушкамиочень важное слово семейной иерархии) вразные периоды ихжизни ивсегда испытывала кним большое уважение. Во-первых, они все были щеголихи! Во-вторых, они умели волшебным образом объединяться ирешать важные дела: будьто коррекция бракоразводного процесса иправо насвадьбу для старшего сына; организация под ключ жизненно важных ивентов1годик ребенку, хангабиили игра вхато, апо-простому игра вкорейские карты. Иеще они умели заставлять мужчин зарабатывать деньги. Втом числе исвоим примером.Иглавное. Мне кажется, наихпочти нестареющих корейских лицах совсем небыло уныния, несмотря напереезд вРоссию ивсе связанные сэтим потери. Они нерефлексировали опрошлом ибудущем, апросто делали десятки мелких салатных, инетолько, бизнесов одновременно. Ипосле 12-часового рабочего дня еще успевали читать книжки. Они были чрезвычайно эффективны. Ихдети должны были получать пятерки ирасцветать талантами, независимо отжилищных условий. Заумение учиться ипереносить стресс без потери работоспособности спасибо моему папе.Яневерю внационализм, новерю внациональную психологию: традиции затысячу лет стали генетической памятью, которая помогла ибудет помогать выжить, отличить своих отиных ипонять преимущества некоторых моментов воспитания. Сдетства внушается: тыдолжен быть лучшим вовсем, должен добиться успеха. Потому что неудачливый корейский старший сын (старшая дочь, ежели сыновей небыло, должна доказать, что она лучше своего отца)это нонсенс. Человек неможет предать свой род, ондолжен всем помочь встать наноги, жениться, получить образование исыграть хангаби. Инельзя никак свернуть сэтого пути.Алиса Ганиева (31), аварка, писательЯприехала вМоскву изДагестана учиться вЛитинституте всемнадцать лет. Тогда, вначале нулевых, винформпространстве еще свирепствовал мемлицо кавказской национальности. Так что первые три года полиция тормозила меня регулярно. Обычно просто вылавливали изтолпы, когда яшла научебу. Нето, чтобы лицо уменя сильно кавказской национальности (сейчас, бывает, принимают изарусскую). Ностражи порядкахорошие психологи, ауменя, наверное, налбу было написано, что ябоюсь.Боялась янебез основания: система пребывания кавказцев (даже северокавказцевграждан России) вМоскве втовремя была жесткой. Допустим, тыприехал погулять помузеям сюга напару дней, нонос утебя выдающийся. Милиция обязательно остановит тебя наулицеи, узнав, что тыоттуда, потребует продемонстрировать обратный билет домой. Или официальную регистрацию. Аесли тызабыл билет вгостинице, окажешься вотделении.Вобщем, покруче любого визового режима. Документы уменя, разумеется, были вполнейшем порядке, новотделения меня таскали все равно. Впоследний разв2006-м году. Ятогда бродила постанцииАлександровский сад, ждала знакомых, чтобы пойти набалет. Полицейские меня приметили, повели ксебе, пробили побазе, итут один другого таинственно так спрашивает:АфамилияГаниеватебе ниочем неговорит?Нет, ятогда еще нестала писателем, ипокнигам узнать меня немогли, просто чеченские террористки сестры Ганиевы были еще наслуху.Потом проверять меня перестали. Настроения вобществе слегка изменились, даия, видимо, стала увереннее инепривлекаю лишнего внимания. Взбодрил ипереезд израбочего района Кожухово. ВКожухово яжила первый год, итам водились полузабытые ныне скинхеды. Пару раз они показывали мне издали третий палец. Вдень рождения Гитлера эти парни становились особенно агрессивны, инапервом курсе вэтот день мне даже пришлось тайно переночевать вЛитинституте язадержалась там довосьми вечера натеатральном фестивале, авозвращаться втемень канавами побоялась.Ночто там говорить огопниках, если даже образованные москвичи неочень понимали, что ятоже россиянка, что нарусском языке вДагестане говорят чаще исвободнее, чем навымирающих родных (аихтам три десятка), что валюта унас российская, потому что мытожеРоссия. Досих пор самые частые вопросы, которые мне задают:Аувас там война?,Атебя братья ненакажут, зато, что неносишь хиджаб?ит.д. Правда, должна сгрустью признаться, что иногда эти вопросы порой нетак далеки отистины.Ноесли вынести все эти мелочи заскобки, Москва приняла меня замечательно. Мне, ксчастью, непришлось пережить чудовищные испытания, нередкие для приезжих встолице. Ясразу встретила интересных людей, сразу почувствовала себя гораздо свободнее ивеселее, чем вМахачкале. Подружилась здесь сумными ияркими личностями совсей России. Поняла кое-что особственных ценностях. Разобралась ссамоидентификацией… АвДагестан явернулась сразу после учебы, нонефизически, аментально написала рассказы ипару романов отом, чем дышит югРоссии. Получила заэто бурные отклики изразных концов страны. Аувидеть родные края свежим взглядом мне помогла Москва.Люблю этот город. Ионменя, кажется, тоже принял. Думаю, дело еще ивмоём имени. Быть Алисой вМоскве гораздо легче, чем Нажават (аменя так вправду порывались назвать). Даиместо рождения вмоем паспорте Москва. Этонепредвиденная родителями случайность. Появившись насвет, япровела здесь лишь самый первый месяц жизни, винкубаторе для недоношенных, нонапервых порах при встрече сполицией эта отметка впаспорте очень спасала.Анна Пипия, (30), грузинка, мама двоих детейМыпереехали из-за гражданской войны вГрузии, в1991году. Мне было 5лет. Языка япочти незнала, поэтому вдетском саду было трудно: хочешь играть, общаться, анеможешь. Все дети русские, тогда небыло так много приезжих, как сейчас. Ябыла единственной. Плюс дети довольно жестокие именя дразнили.Вшколе стало легче: яходила вподготовительный класс, чтобы подтянуть язык. Небыло издевательств, хотя скинхедов боялись все: этих ихгриндерсов, бритых голов. Если видели ихзакилометрпрятались вподъезде.Школа была хорошей: строгий директор делал все возможное, чтобы дети нерусской национальности чувствовали себя комфортно. Накорню пресекал неуважительное отношение. Однажды нам пришлось переехать исменить школу. Вот там японяла, как сложно быть грузинкой вМоскве. Там были агрессивные дети, которые всячески старались унизить, обзывались, придирались. Тогда яеще неумела себя защищать, была ранимой, беззащитной. Мысбратом выдержали три месяца, яплакала. Имама сделала все, чтобы вернуть нас впрежнюю школу.Позже стало легче: дети взрослеют. Если иостаются жестокими, тохотябы уже могут себя сдерживать вкаких-то проявлениях. Явыросла ипоняла: если укого-то проблемы сголовой, тоэто его проблемы, немои.Мое студенчество было прекрасным. Ястаралась общаться скавказцами, грузинами, потому что этого долгое время была лишена. Люблю Грузию безумно, мывсегда ездили налетние каникулы туда. Икаждый раз, где-то месяц после возвращения, янемного хандрила. Нетолько климат отличается внаших странах, ноилюди. Унас они теплые, приветливые, никуда неторопятся. Здесьдругие. Непотому что плохие, просто более сдержанные, замкнутые, все время занятые, напряженные.Несчитая школьного периода, ябольше никогда несталкивалась снационализмом. Уменя нетакая ужнеобычная внешность: светлая кожа, голубые глаза. Плюс вМоскве сейчас живет так много разных людей, что кавказцы уже давно считаютсясвоими. Более того, Грузия становится популярной, все больше людей ездят туда отдыхать, пить вино, смотреть накрасоту природы ипосещать достопримечательности.Но, какбы ячасто нипыталась выбраться изМосквы, вскоре начинаю скучать поней. Все-таки онамоя вторая родина.Аюна Анджукаева (29), калмычка, руководитель пресс-службыЯвыросла вКалмыкии, это настолько смешанная вплане национальностей республика, что яникогда нечувствовала себя какой-то особенной. Икогда в16лет япоступила вуниверситет, мне было удивительно, насколько по-другому это воспринимается вМоскве.Одно изпервых, что бросилось вглаза: милиция, вместо того, чтобы выполнять свою работу, круглосуточно зарабатывала взятки навсех, кто невыгляделдостаточно русским. Тогда действовало постановление Лужкова: даже граждане России немогли находиться натерритории Москвы больше трех дней без регистрации иэто плодило какую-то адскую коррупцию. Меня это страшно возмущало, ядаже ждала, когда остановят именя. Когда это произошло, япотребовала ихдокументы, переписала данные, позвонила вместное ОВД, рассказала, что уменя вымогают деньги, потом позвонила вУСБ, написала жалобу изаставила извиниться.Сейчас ятоже стараюсь непроходить мимо, если подозреваю впроверке документов вымогательство, заступаюсь залюдей.ВМоскве, как одном изсамых тщеславных городов вмире, всегда встречают поодежке. Это нехорошо, инеплохо, просто так есть.Внешний вид здесь служит показателем твоего уровня жизни, социального статуса, доходов, адля меня еще исвоего рода защитой отлюмпенов ибытового национализма, который мои русские друзья незамечают, потому что сами никогда сэтим несталкиваются.Ноэто случается: например, однажды умоей дочери поднялась температура, иявызвала скорую. Приехавший врач была компетентна ихорошо осмотрела ребенка, приветливо разговаривала. Потом она спросила, ходитли Динара (моя дочь) накакие-то секции. Икогда яответила, чтода, нагимнастику, врач заговорщическим шепотом сказала мне: Будьте аккуратнее вэтих спортивных школах, атознаете, туда столько нерусских икавказцев ходит, отних чем угодно можно заразиться. Ябыла поражена, что слышу это всерьез, инесколько раз переспросила, всели яправильно поняла, новрач даже неосознала, что сказала что-то ненормальное. Икогда ядобавила, что явообще-то тоже нерусская, она ответила: Нучтовы, выведь совсем другая.Или бывает иногда стоишь вочереди закофе, икакой-нибудь парень решает стобой познакомиться, подходит, улыбается испрашивает: Вынаверное корейка? Яобычно отвечаю: Нет, индейкаили еще как-нибудь отшучиваюсь. Ноэто настолько частый вопрос, что просто поразительно, почему столько взрослых людейтак плохо образованы, что они даже национальностьнемогут произнести правильно.Еще янепользуюсь общественным транспортом, когда еду куда-то сдетьми. Потому что иногда вижу, как вчас пик, в давке, люди начинают говорить друг другу обидные вещи, иесли это разговор людей титульной инетитульной национальности, всегда стараются задеть именно инакостью. Для недалеких людей это зачастую единственное, кчему можно прицепиться, что они суспехом иделают.Когда тыхорошо выглядишь иуверен всебе, такие ситуации сокращаются доминимума, поэтому ясчитаю, что кэтому стоит прилагать усилия. Янеговорю, что каждый день нужно наряжаться как напарад, можно носить теже джинсы ифутболку хоть круглый год, ноони должны быть хорошими идорогими.Впрочем, адекватных ихороших людей всегда больше, иэто радует. Часто бывает, что люди, узнав, что якалмычка, очень проникаются, потому что когда-то имели дело смоими земляками или были вКалмыкии, иуних остались приятные воспоминания.Однажды яделала новый загранпаспорт (еще допоявления госуслуг), иработник паспортного стола ужасно обрадовался: оказалось, его лучший другкалмык, витоге яполучила документ гораздо быстрее обычных сроков.Вуниверситете было много преподавателей, влюбимчиках которых когда-то были курсанты изКалмыкии, поэтому они относились комне суперлояльно, часто помогали.Еще мне почему-то запомнилось, как несколько лет назад яшла поСерпуховской улице, именя нагнал мужчина ввоенной форме. Онпоинтересовался, неказашкали я, акогда яответила, что калмычка, онсказал, что служил вАлма-Aте, ияочень похожа наего первую любовь. Мыкак-то очень душевно сним поговорили, ивечером ярасплакалась, было грустно, что умногих людей жизнь складывается совсем нетак, как они хотели.Манэ Тангян (25), армянка, танцовщицаМыпереехали вМоскву изгорода Сисиан из-за болезни моей старшей сестры, ейтребовалось лечение. Мне тогда исполнилось 2года, так что всю сознательную жизнь япрожила встолице России ичувствую себя россиянкой. По-армянски говорю, ночитаю ипишу струдом. Стех пор ниразу небыла вАрмении. Заэто мне очень стыдно, вэтом году планирую исправить эту оплошность.Думаю, есть три категории людей: те, кому безразлична чужая национальность, те, кто относится кней всегда негативно. Ите, укого она вызывает интерес вхорошем смысле. Чаще всего обращают внимание нанеобычное имя: услышав его, сразу спрашивают, откудая.Вот, например, недавно япроходила собеседование напереводчика санглийского, хотела получить эту работу. Внешность моя невызвала вопросов уработодателя, авот кимени онприцепился, спросил, кто японациональности. И, узнав, что яармянка, просто отказал мне, даже незахотел проверить мою компетентность.Нобывают иобратные ситуации. Когда яучилась вуниверситете, наодной изсессий преподаватель посмотрел намою фамилию исословамиНу, армяне все умные, поставил зачет.Намою внешность мало кто обращает внимания вМосквеэто мегаполис, здесь много разных людей. Ярезко выделяюсь изтолпы вдругих странах, например, вГолландии. Ездила туда настажировку, иместным жителям казалась экзотической девушкой. Все самые красивые мужчины западали именно наменя. Это было приятно.Ивсеже вМоскве многие подвержены стереотипам обармянских девушках: что наних нужно непременно жениться, иначе тутже придут злые братья идядья, жаждущие мести. Ксчастью, вмоем кругу общения таких людей мало.Хотя был случай, когда яначала встречаться ссимпатичным парнем иобмолвилась отом, что я армянка (янескрываю своей национальности). Больше онменя никуда неприглашал. Ноясчитаю, это скорее забавно.Немогу сказать, что ощущаю насебе какой-то негатив. Да, довольно часто ловлю насебе любопытные взгляды, потому что выгляжу ярко, особенно когда хорошее настроение. Но, думаю, это больше связано стем, что яводежде предпочитаю классический стиль чему-то, на мой взгляд, более интересному. Вот, сегодня, например, намне кроссовки иколготы всеткудля некоторых, видимо, это выглядит вызывающе.Мне комфортно живется вМоскве, наверное, потому что я позитивный человек. Стараюсь обращать внимание нахорошее, незацикливаться нанегативе. Думаю, кавказским мужчинам сложнее. Намоего папу, например, вметро нападали скинхеды, ноэто было лет 10назад, сейчас такого уже нет.Сейчас, всилу глобализации, вопрос национальности уже нестоит так остро. Люди все меньше придают значения тому, кто где родился икакой цвет кожи имеет.Источник:asiarussia.ru

Источник

Материалы по теме